С широко закрытыми глазами

В центре повествования оказывается внешне благополучная семья Харфордов, чья жизнь в роскошном Нью-Йорке кажется воплощением мечты. Билл, преуспевающий врач, и его жена Элис, бывшая работница галереи, воспитывают дочь и наслаждаются всеми благами, которые может предложить их статус. Однако под безупречным фасадом брака, за беседами на светских приемах и размеренным домашним уютом, зреют глубокие трещины. Супруги связаны скорее привычкой и социальными условностями, чем подлинной страстью или пониманием. Их отношения лишены искры, а повседневность превратилась в ритуал, где каждый жест предсказуем. Эта скрытая неудовлетворенность становится питательной средой для внутренних демонов, которые вскоре вырываются наружу, положив начало цепочке событий, навсегда меняющих их восприятие себя и друг друга. Инициатором болезненного, но откровенного разговора становится Элис, которая, находясь под воздействием марихуаны, делится с мужем давно вытесненным воспоминанием о сильном сексуальном желании к незнакомому морскому офицеру, увиденному однажды в отпуске. Эта исповедь, полная raw эмоций и неожиданной для нее самой ревности к воображаемому сопернику, становится детонатором для Билла. Его якобы рациональный и контролируемый мир дает трещину, а ревность и любопытство подталкивают его на рискованный путь. Последовавшая за этим ночь и последующие дни превращаются для Билла в сюрреалистическое путешествие по темным уголкам города и собственной души. Он, движимый смутным желанием отомстить, доказать что-то себе или просто прикоснуться к запретному, сталкивается с чередой странных, эротически заряженных и порой опасных встреч. Каждая из них – словно зеркало, отражающее разные грани его подавленных влечений и страхов, постепенно стирая грань между реальностью и кошмаром, между медицинской холодностью его профессии и животной природой скрытых желаний. Это путешествие, полное искушений и щекочущих нервы переживаний, заставляет его и Элис пересмотреть саму ткань их отношений, столкнувшись с призраками собственных фантазий и той бездной, что может открыться, когда социальные маски окончательно сброшены.